Башкирская мифология

Башкирская мифология — это комплекс древних представлений и верований башкирского народа, сохранившихся в языке и фольклоре, обычаях и обрядах, народном искусстве и знаниях.

В мифологических представлениях башкир объединяются разновременные пласты, связанные с тотемизмом, культом животных, анимизмом, одухотворением природы, шаманизмом и тенгрианством. Наиболее древние мифологические представления башкир нашли отражение в эпосах «Урал-батыр», «Акбузат», «Заятуляк и Хыухылыу» и др.

В эпосе «Урал-батыр» отражены представления башкир о трех мирах: 1) верхнем, небесном, где живут бессмертные небожители; 2) среднем, земном, населенном обыкновенными людьми; 3) нижнем, подземном, где живут темные и злые силы, приносящие вред людям среднего мира и небожителям. Представление о трехъярусной модели мироздания было свойственно многим народам.

В эпосах и других жанрах башкирского фольклора отражается и культ воды. Вода оживляет умерших, дает жизнь вновь рожденным. Поэтому в «Урал-батыре» царь Катил отдает приказ о принесении жертвы Тенгри: «…во славу воды, которой мать омывала меня. На долгую жизнь той водой осеняя, Принесите всех до одной в жертву…»

В диалектах башкирского языка сохранился термин для обозначения повитухи «мать воды», — указывающий на связь воды и рождения ребенка. Своеобразное воплощение культ воды нашел в свадебных обрядах. По описанию С.И. Руденко, когда во время свадьбы молодую вели на реку за водой, она «несла серебряную монету, привязанную к нитке и бросала ее в воду, как бы в жертву водяному духу».

В прошлом у башкир существовало и единое существо Ер-Һыу (Земля-Вода), олицетворявшее единство земли и воды. Оно давало жизнь всему живому и забирало ее, чтобы дать новую жизнь. В башкирском эпосе «Узак-Тузак» говорится: «Землей-Водой человек рожден, С ним одно единое он. Вкус воде дает человек, Мертво без него течение рек. Люди в землю вдыхают тепло, Собрались с судьбою они давно, И потому во всем заодно! Земля-Вода ты не сердца ль стук? Земля-Вода моей жизни круг. Ты наследие отца моего. Мощь и опора мира всего».

У древних тюрков Земля-Вода именовалась «Ыдык Йер Суб» (священная Земля-Вода) и была, наряду с верховными божествами Тенгри и Умай, главным божеством, управляющим «средним миром».

Как и у древних тюрков, верховным божеством древнебашкиркского пантеона, божеством верхнего мира был Тенгри. Именно он «распределял сроки жизни» между людьми, а рождением людей ведала супруга Тенгри богиня Хумай/Умай. Культ богини Умай, олицетворяющей женское начало, имеет древнее происхождение. О нем говорится еще в орхонских надписях памятника Кюль-Тегина.

В «Урал-батыре» с культом богини Умай был связан образ мифической птицы Хумай. Дочь верховного бога Самрау и его жены Солнца, Хумай олицетворяла зарождение новой жизни. Согласно эпосу, став женой земного человека Урала, Хумай после его смерти в знак вечной верности превратилась в лебедь и привела на землю животных и птиц, чтобы она стала еще благостнее, а страна Урал — цветущим краем.

Почитание богини Умай постепенно приобрело черты культа плодовитости, плодородия, земли. Башкиры воспринимали Богиню Земли как все живое, представляя ее в образе женщины. В древности башкиры говорили: «Появились из земли — в землю уйдем». Повивальная бабка ребенка, родившегося с ее помощью, называла «мой сын, которого я взяла у земли».

Наряду с верховными божествами башкиры почитали духов-хозяев природных объектов: гор, пещер, воды, лесов, а также домов и др. Почитание духов, принесение им жертв считалось обязательным, ибо неуважительное отношение могло вызвать их гнев.

Для древних башкир вся природа была одухотворенной, одушевленной. Были стерты различия между неживой и живой природой.

К культам земли и воды примыкает поклонение горам, которые, как считалось, приближены к небу, но в тоже время являются частью земли. Некоторые исследователи включают божества гор в древний пантеон родовых культов. Неслучайно в прошлом многие обряды и ритуалы проводились на вершинах гор, а со временем они превратились в места народных празднеств. Башкирские кладбища обычно располагались на возвышенностях. Башкиры почитали древние курганы, где, по преданиям, были погребены святые (аулия).

С.И. Руденко, описывая поклонение горам, писал: «мне приходилось видеть на вершинах гор жертвы, принесенные хозяину-духу горы лицами на нее поднимавшимися; жертвами чаще всего были медные монеты, оловянные или серебряные украшения женских нагрудников… лоскутки материй, навешанные на деревья или привязанные к палке, воткнутой в расщелину между камнями на самой вершине скалы… девушки вешали тряпочки как гадание: если лоскуток провисит до следующего лета, то она в будущем году выйдет замуж; женщины же вешали просто как память посещения родной горы».

В башкирских волшебных сказках человек чудесным образом превращается в животное (быка, жеребца, корову, кота, ослицу, свинью, собаку), птицу (голубя, кукушку, петуха, соловья, утку), змею, рыбу или лягушку. Многие герои богатырских сказок рождаются от животных (быка, волка, кобылы, коровы, медведя), рыб, из куриного яйца, теста и камня. В древнебашкирской мифологии подмечена интересная закономерность: обычно души умерших женщин, девушек превращались в птиц (чаще всего в голубей, ворон, гусей, уток), а мужчин в наземных животных. Существовало поверье, согласно которому, зазеленевшие весенние травы, выросшие после дождя, считались душами умерших, вернувшимися на землю. Известен был древнебашкирским племенам и образ полудерева-получеловека.

Вера в переселение души человека через ее воплощение в деревья, птиц и животных восходит к тотемизму. Совершая определенные ритуальные действия, древний человек стремился к преодолению границ между человеческим коллективом и миром природы; к установлению контакта с миром природы, от которого зависело его благополучие.

Каждое башкирское племя или род имело свое священное дерево и птицу. Например, у племени усерган священным деревом была рябина, птицей — журавль, у рода яик-суби-мин — береза и орел, у рода илькей-мин — дуб и ястреб. Усерганам нельзя было убивать журавлей, рубить рябину, иначе, считалось, падет несчастье на всех людей племени. Минцы в оперение стрел вставляли перья тотемной птицы.

Священной птицей для всех башкир был лебедь. Все лебеди считались потомками богини Хумай/Умай, поэтому запрещалось убивать этих птиц и разорять их гнезда. В прошлом существовал обычай ритуального поедания лебедя, приношения его в дар знатным людям. Журавля, по словам Ибн-Фадлана, почитали за то, что в одной из битв журавли своим криком обратили врагов в бегство. Как отголосок древнейших религиозных верований бытует сегодня среди башкир мелодия «Сыңрау торна» (Поющий журавль). Кроме лебедя и журавля, у башкир, как и у древних тюрков почитались ворона, глухарь, гусь, кукушка, а также беркут, сокол, ястреб и др. Стилизованные изображения птиц просматриваются в декоративно-прикладном искусстве башкир (в орнаментации костюма, ковроткачестве, резьбе по дереву), музыкальном фольклоре, народной хореографии.

Центральное место в жизни башкир занимала лошадь. В башкирской мифологии она наделена даром человеческой речи, способностью к перевоплощению. В критических ситуациях она может принять вид священного родового дерева, ветви которого поднимают героя наверх и спасают его от преследователей. На территории Башкортостана в Белорецком районе сохранилось каменное изваяние, называемое «каменный жеребенок» или «летний камень». Оно почиталось как священное, ему поклонялись и приносили жертвы; верили, что с его помощью можно вызвать или остановить дождь. Лошадь являлась защитником людей от зла, болезней и несчастий. Считалось, что конский глаз наделен сверхъестественной способностью видеть скрытое от человека. В качестве оберега над ульями, на кольях оград и на воротах устанавливали лошадиный череп. Магическая сила передавалась веревкам, свитых из конских волос или кожи, их брали с собой в дорогу, клали возле себя во время сна как оберег от змей.

Прародителями и покровителями башкир считались волк и медведь. Согласно одной из легенд, древние башкиры пришли на современную родину, следуя за волком, поэтому народ и стал называться «башkорт» (башкорт от «баш» + «kорт» (пять волков) или (главный волк)). По преданиям, медведь когда-то был человеком. Сохранилось множество фольклорных сюжетов, в которых медведь женится на девушке, у них рождаются дети и образуется башкирский род. В прошлом у башкир бытовал и Медвежий праздник. С целью избавления от бесплодия, а также во время трудных родов женщину пропускали через растянутую волчью или медвежью губу. Например, на территории современного Бурзянского района, с целью облегчения родов по пояснице роженицы трижды проводили когтем медведя. Новорожденных, здоровье которых вызывало опасение, называли именами, образованными от названий волка (бүре) и медведя (айыу): Бүребай, Кашкар, Айыухан и др. Когти, зубы, клыки, шерсть волка и медведя башкиры носили в качестве оберега.

У некоторых групп башкир священным животным являлся олень. Существует легенда, согласно которой олень добыл солнце для людей, блуждавших в темноте, и помог им обрести новую родину. В сказании «Кунгыр-буга» прослеживается культ бурой коровы. Интересным было отношение башкир к собаке. По описанию М.В. Лоссиевского, если в семье не выживали дети, башкиры подкладывали ребенка на выкорм собаке. Так был выкормлен, по шежере хан башкир-юрматынцев Бурнак, названный по кличке собаки, которая его выкормила. Был распространен обычай, когда с целью сохранения жизни новорожденному надевали на него «собачью рубашку», которая сначала надевалась на собаку и поэтому, согласно поверьям, могла противостоять злым духам. К змее башкиры относились как к существу зловредному, опасному и вместе с тем необыкновенному. И.И. Лепехин писал: «Когда башкирец [змею] убьет, то как бы скоро он куда ни ехал, не приминет слезть с лошади и палочкой увязать змеиную голову в землю». В башкирском фольклоре распространены сюжеты об огромных змеях аждаха и юха, пожирающих животных и людей.

Свидетельством существования у древних башкир мифологических представителей, связанных с культом животных, являются названия родов и родовых подразделений: йылан (змея), kуян (заяц), терпе (еж), бесəй (кошка), мышы (олень) и др.

В прошлом широко бытовала вера в злых духов и людей с «дурным глазом». Особенно опасными они считались для беременных женщин и маленьких детей. Для защиты от их вредоносного влияния на одежду или головной убор нашивали различные амулеты: бетеү (оберег), волчьи когти и клыки, разноцветные бусинки, пуговицы, раковины-каури, гусиный пух и др.; на кисть руки надевали серебряные браслеты или нить с серебряной монеткой.

Башкиры верили в то, что каждая часть человеческого тела имеет свою душу, поэтому бережно относились к волосам, ногтям, пуповине, плаценте, последу. В народе существуют следующие выражения: «Пуповина душа человека», «Плацента душу бережет».

Основное место во всех верованиях занимал вопрос о жизни и смерти. В этих представлениях традиционные языческие верования смешались с позднейшими религиозно-философскими воззрениями. Древний человек, соизмеряя свою жизнь и смерть с природными ритмами, видел, что в природе все закономерно: день сменяет ночь; лето сменяет зиму, смерть рождает новую жизнь и т.д. «Периодичность исчезновения и появления дня, солнца, луны иначе, периодичность смерти и оживления, неизбежно должны были вызвать сопоставление этих явлений с судьбой человека», — писал М.В. Лоссиевский.

Идея умирающей и воскресающей природы прослеживается в представлениях о рождении и смерти человека. Согласно мировоззрению древних башкир, умерший продолжал жить в другом мире («на том свете»), поэтому в могилу клали все необходимые предметы домашнего обихода, одежду, пищу, украшения, оружие, коня. Н.М. Малиев, описывая раскопки старинного башкирского кладбища, писал, что, кроме костей человека, в некоторых могилах были найдены кости лошади, а также некоторые другие предметы. В одной из могил были обнаружены останки седла, железные удила и стремя. В прошлом башкиры закалывали на могилах батыров коней, таким образом освящая место захоронения. На могилах устраивались пышные погребально-поминальные обряды, связанные с обеспечением умершего всем, что ему будет нужно в предстоящей жизни.

Несмотря на веру в загробную жизнь, у башкир было принято скорбеть и плакать об ушедшем в другой мир. Они стремились избежать смерти, веря в различные приметы, предвещающие ее. По башкирским поверьям, запрещалось после захода солнца выносить из дома кости или прорубать окно в доме, в котором уже живут, иначе кто-то умрет. Плохим предзнаменованием считалось карканье ворон, продолжительный вой собаки или волка, которые якобы предупреждали о приближении смерти одного из членов семьи. Чтобы избежать беды, нужно было накормить их или подать кому-нибудь милостыню. Недоброй приметой, предвещающей близость смерти, считалось появление кукушки возле жилья. Она была основана на поверье о том, что кукушка птица вещая, знающая кому сколько лет осталось жить. В народе говорили: «если на крыше дома закукует кукушка, хозяин умрет». В таких случаях совершались охранительные действия: обливали молоком дерево или постройку, на которой сидела птица.

В «Урал-батыре» смерть (үлем) предстает незримой для глаза, вооруженной ножом и саблей, готовой напасть на человека, чтобы отнять у него душу. Со временем на смену языческому образу смерти пришел мусульманский ангел смерти Азраил, который по воле Аллаха забирал душу у людей, с теми же, кто не делал это добровольно, он сражался. С принятием ислама языческие представления о загробном мире были оттеснены мусульманскими. Согласно исламу, жизнь это всего лишь подготовка к загробной, т.е. к другой, истинной жизни, которая на «том» свете.

Проснувшиеся от летаргического сна пользовались большим уважением, про них говорили «ходил на тот свет». Люди якобы побывавшие на «том» свете, рассказывали, что в раю люди живут в больших красивых домах, похожих на дома богатых людей в земной жизни.

По мифологическим представлениям, мертвые после своей смерти в виде невидимых духов посещают свои дома, чтобы узнать, поминают их или нет, или блуждают над могилами. Для душ, блуждающих над могилами, башкиры на могильных камнях или столбах, а также срубах делали небольшие углубления для дождевой воды, веря в то, что душа в образе птицы будет пить ее оттуда.

Душа умершего наделялась свойствами живого человека, т.е. хотела пить, есть, требовала заботы, утешения. Во многих домах у башкир рядом с дверью был деревянный колышек (ағас сөй) для души покойного. Считалось, что душа умершего могла прилетать и садиться туда. Она могла поселиться и на перекладине. В доме, откуда вынесли покойника, сорок дней не гасили свет, чтобы душа не заблудилась и прилетела.

По башкирским поверьям, некоторые люди, особенно те, при похоронах которых не были соблюдены соответствующие обряды, после смерти могли превращаться в злых духов и оставаться среди людей. Башкиры верили в привидения и представляли их в образе человека в белой одежде или летящего огненного клубка. «Как остаток подобных воззрений, — писал М.В. Лоссиевский, — существует и теперь еще страх перед умершими насильственной смертью, самоубийцами, колдунами и колдуньями, трупы которых иногда вырывают и заколачивают в них осиновые колья».

У многих народов существуют представления о мертвецах, приносящих болезнь, смерть, неурожай и другие несчастья. У башкир это убыр — кровожадное демоническое существо. Слово убыр восходит к древнетюркскому «оп» — пожирать, втягивать, высасывать. Как писал С.И. Руденко: «У всех сихырсы (колдунов) вместо души, которую они продали шайтану за свои познания, были убыр, о чем можно было узнать еще при жизни, так как они ели иногда сырое мясо… По словам горных башкир, днем убыр принимал вид старика, а ночью летучей мыши. По ночам убыр в виде огня летал по земле и причинял очень много бедствий: насылал болезни на людей, пил кровь, замучивал иногда до смерти свою жертву. Когда сихырсы умирали, в их ступни вкалывалась игла, чтобы убыр не странствовал по земле». Среди различных групп башкир было распространено поверье, что убыр («обжора») есть у каждого человека, но он не всегда агрессивен. Если человек был прожорливым, особенно, если ел сырое мясо, про него говорили, что он после смерти превратится в убыр и будет ночью лаять как собака. Убыр чаще всего появлялся в виде огненного шара, а иногда в виде человека с кроваво-красным, цвета сырого мяса, лицом. Башкиры в значении «обжора», «дух злого умершего человека» употребляли и слово «мәскәй». Мәскәй, как и убыр, мог преследовать человека в виде огромного шара и причинять вред. По поверьям, убыр и мәскәй выходили из могилы, оставляя в ней дыру. Муллы шли на кладбище, клали у могилы Коран и засыпали дыру землей, заговаривая это место. Если это не помогало, умершего надо было вырыть из могилы, перевернуть лицом вниз и воткнуть ему в спину деревянный, чаще осиновый, кол или железный лом. В некоторых случаях в могилу на уровне груди умершего втыкали веточку можжевельника. Раскрытая могила, в которой лежал вредоносный мертвец якобы становилась красной, а сам убыр лежал, прикусив саван зубами. Иногда вокруг могилы концом косы делали круги-обереги, согласно поверьям, когда мәскәй, или убыр, гнался за человеком, можно было спастись, прочитав молитву и разорвав ворот своего платья.

По представлениям башкир, земля кладбища считалась священной: на ней нельзя было вырубать деревья, убивать животных, потому что каждая пядь земли там обитаема духами умерших. Косить траву на кладбищах разрешалось только лицам духовного сана. Кладбище считалось неприкосновенным убежищем. «Если спать на кладбище, с тобой ничего не случится», — говорили старики. В сказании «Кунгыр-буга» именно так поступила женщина, спасаясь от врагов. Н. Рычков, описывая кладбище Балын-Гус, где погребены святые, отмечал, что люди на место моления идут «падши на колена свои, почитая святых, чтят они и источник, вытекающий из сея горы, веря, что эта вода исцелит их от многих болезней». О кладбище Балын-Гус писал А.Е. Алекторов: «…произносят на вершине горы молитвы и призывают покровительство своих угодников…», затем «начинают празднество в честь почитаемых ими мертвецов и приготовляют отличный обед, который могут разделить с ними все, кому угодно». К умершим обращались, прося об излечении от болезней или защиты от природных стихий. В засушливые годы проводились различные обряды вызывания дождя, которые также были связаны с верой в души умерших (поливали водой ворота кладбища, смазывали маслом или сдвигали с места могильный камень). Башкиры считали, что могила связывает умерших людей с землей — источником всех благ, и, таким образом, умершие становятся сопричастными к плодородию земли и размножению всего живого. Бездетная женщина, чтобы стать матерью, молилась у могилы святого.

Смерть и жизнь, природа и человек в мировоззрении башкир неразрывно связаны. Наиболее полно различные стороны народной философии освещены в фольклоре. Проблема бессмертия человека и земли ярко отражена в эпосе «Урал-батыр». Главный герой, Урал-батыр, победив всех врагов, находит источник бессмертия и хочет отдать его людям, чтобы их жизнь стала вечной, однако мудрый старик, однажды испивший из этого родника, говорит:

То, что мы считали смертью,

Воспринимали как злодейку,

На самом деле Вечный закон,

Освобождающий сад

От высохших растений,

Помогающий оставить этот мир.

Тем, кто прожил свои дни,

Не желайте жить вечно,

Не пейте из родника жизни.

Эти строки отражают гармонию и равновесие в природе. Урал-батыр погибает, но не исчезает бесследно, а превращается в великую и почитаемую гору. Смерть приходит во имя жизни. В башкирской сказке «Алп-батыр» хозяин горы говорит старику: «…без чьей-то смерти на свет никто не родится. Если сыном обзаведешься, сам умрешь».

По мифологическим представлениям древних башкир, жизнь каждого человека заранее предопределена. Судьба (язмыш, от слова язма запись) у каждого была написана на лбу. По словам А.Е. Алекторова, «башкиры утверждают, что при рождении каждого человека в книге судеб назначается число дней, которое он должен прожить, и количество пищи, нужное ему для употребления. Первое называется аджаль, а последнее — нафяка. Если умирает кто-то из башкир, говорят: «аджаль его исполнился и нафяка кончилась». В народе также встречается выражение: «Съел предназначенную пищу, прожил отведенные годы».

Течение человеческой жизни и сама жизнь уподоблялась тянущейся нити (нити жизни). С.И. Руденко писал: «…башкиры верили, что душа человека, умершего неестественной смертью, выйдя из тела, находилась первое время возле покойного. Поэтому, если утонувшего удалось быстро вынуть из воды и откачать так, чтобы вода вылилась (ибо из-за воды душа и покидает тело), душа возвращалась в тело и человек оживал. Чтобы душа нашла дорогу обратно в тело, утопленника клали у воды и изо рта его протягивали нитку. С этой целью башкиры-сплавщики барок и плотов всегда возили с собой «на случай… шелковые нитки». В связи с этим интересно отметить, что в ритуалах родинной и похоронной обрядности избегали узлов, умершим расплетали волосы, раздавали нитки с целью обеспечения душе свободы.

В целом, подводя итоги, можно сказать, что башкирская мифология является частью мировой мифологии. Она включает в себя тотемистические мифы, т.е. мифы о взаимоотношениях людей и животных, о происхождении людей от животных и наоборот. Башкирская мифология включает этиологические мифы, объясняющие появление, происхождение различных природных и культурных объектов, наличие их эйә (хозяев, патронов). В башкирской мифологии представлены космогонические, антропогенические, календарные и др. мифы. Есть мифы о происхождении мира, Вселенной, человека; о происхождении солнца, луны, звезд, животных, растений, календаря, культурных благ, установлении определенных социальных институтов. Как и у всех народов, башкирские мифы являлись основным способом познания мира.

Янгузин Р.З., Хисамитдинова Ф.Г. Коренные народы России. Башкиры. – Уфа: Китап, 2007. С.264-271.

2 коммент. к “Башкирская мифология”

  • усал татар | 12 Ноябрь, 2009, 17:18

    Без кыпчак баларыбыз дип авыз суы корыгачы сэйлэнгэн галимнэребезгэ эйтэсе килгэн суз без кыпчай капч ай котай катай токай такай балалары да дип кукрэк кага алабыз. Шуна игьбар итик капчыгай капчаклар хезерге Казакъстан жирендэ яшэсэлэр котайлар Себердэ э токайлар Уралдан Атлантикага кадэр жирлэрне билэгэннэр. Ата диненен ток торкеме белен дэ шундый ук хэл. Ток ирлэр женес эгъзасынын аскы олеше . Капчыгы\ борынгы формасы кыпчак кыпчык капчак\. Чын татарча булсын дисэк Габдулла Токай Һади Токташ Токтамыш хан Токтаров формасында язарга тиешбез. Усал татар.

  • Чуваш кызы,башкорт булырмын))))) | 20 Октябрь, 2011, 19:22

    Всё очень хорошо сказано! мне понравилось!!!

Оставить комментарий или два



© 2017 Башкирский вестник. Права защищены.
При любом использовании материалов сайта ссылка на bashkorttar.ru обязательна.
Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов статей.
Редакция не несет ответственности за оставленные комментарии.
Письма и статьи принимаются по адресу: info@bashkorttar.ru
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100